Регистрация программы для ЭВМ

Как известно, и рассматривалось ранее на страницах этого сайта, в РФ регистрация авторских прав не обязательна, осуществляется сугубо по желанию правообладателя, причём в принципе возможна только в отношении программ для ЭВМ и баз данных.

При этом возникает закономерный вопрос относительно желательности такой регистрации и преимуществ, которые она может дать. Сейчас, когда постоянно создаётся огромное количество программ для ЭВМ - от простых мобильных приложений и игр до программных комплексов, выполняющих сверхсложные аналитические задачи и симуляции ядерных взрывов на суперкомпьютерах из списка TOP500, а стоимость разработки покоряет новые вершины, любое превосходство в защите прав становится особенно значимым.

Содержание:

  1. Положения законодательства
  2. Мнения юристов
  3. Разъяснения ВС РФ
  4. Судебная практика
  5. Выводы

Положения законодательства

Возможность государственной регистрации программ для ЭВМ (далее также - «программ») предусмотрена пунктом 4 ст. 1259 ГК РФ:

«Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. В отношении программ для ЭВМ и баз данных возможна регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя в соответствии с правилами статьи 1262 настоящего Кодекса».

Как явствует из процитированного, регистрация программ не является необходимой, и с точки зрения возникновения, использования, распоряжения и защиты права её отсутствие никоим образом не ограничивает возможности правообладателя.

В ст. 1262 ГК РФ, целиком посвящённой вопросам регистрации, также обращается внимание на то, что регистрация является полностью добровольной.

Следовательно, законодатель явно предполагает возможность полноценного доказывания авторства программы её автором либо возможность доказывания наличия исключительных прав правообладателем и при отсутствии государственной регистрации. В противном случае такая регистрация была бы необходимой для предоставления правовой охраны, как, например, объектам патентных прав.

Регистрация программы для ЭВМ не имеет правоустанавливающего значения. В отличие от, например, упомянутых объектов патентных прав, в случае государственной регистрации программы никакой экспертизы охраноспособности, уникальности, новизны или применимости не предполагается в принципе.

Поскольку в силу п. 1 ст. 1259 ГК РФ, программы для ЭВМ охраняются как литературные произведения, то в отношении доказывания авторства или наличия прав на программу могут применяться все те же способы, как и для «традиционных» произведений: от указания на экземпляре произведения до соответствующей экспертизы. Кроме того, из этого же следует и подтверждается п. 2 и п. 3 ст. 1262 ГК РФ, что регистрация программ для ЭВМ имеет заявительный характер — для прохождения регистрации и получения свидетельства достаточно лишь соблюдения формальных критериев.

Как следует из п. 2 ст. 1262 ГК РФ, заявка на регистрацию программы также должна содержать «депонируемые материалы, идентифицирующие программу для ЭВМ или базу данных, включая реферат».

Согласно п. 26-27 приказа Минэкономразвития от 05 апреля 2016 № 211:

«Депонируемые материалы, включая реферат, должны обеспечивать однозначную идентификацию регистрируемой программы для ЭВМ или базы данных.

Депонируемые материалы, идентифицирующие программу для ЭВМ, представляются в форме исходного текста (полного или фрагментов) или иной форме, присущей языку программирования, на котором написана представленная на регистрацию программа для ЭВМ, в объеме, достаточном для её идентификации».

Разумеется, основным идентифицирующим материалом является исходный код/текст (source code). Заявитель вправе предоставить его в полном или частичном объёме, при этом такого объёма должно быть достаточно для идентификации. Примечательно, что ранее объём депонируемого исходного кода был ограничен. Теперь же правообладатель сам решает, сколько кода достаточно для требуемой однозначной идентификации.

Нельзя упускать и то обстоятельство, что программы на протяжении цикла разработки порой стремительно развиваются: дополняются функционалом, переписываются (в том числе на других языках программирования) или же просто кардинально изменяются.

Например, ядро Linux ежегодно избавляется от сотен тысяч / миллионов строк устаревшего и неподдерживаемого кода (в частности, в отношении старых и малоиспользуемых архитектур), в то же время интенсивно дополняясь новым, прежде всего, драйверами устройств.
Некоторые браузеры переписываются для работы с другим веб-движком (например, Opera, Firefox), и даже компьютерные игры также порой с годами очень сильно меняются (например, Counter-Strike Global Offensive, Tom Clancy's Rainbow Six Siege) как визуально (дизайн уровней, внутриигровой контент), так и в техническом плане (игровые механики, физика объектов, рендеринг, изменения в сетевом стеке).

Таким образом, существует вероятность, что со временем депонированный исходный текст в какой-то версии программы будет либо отсутствовать, либо будет изменён до неузнаваемости. И в случае неправомерного использования этой обновлённой версии нарушителем уже не получится просто сопоставить депонированный исходный код с кодом неправомерно использованной версии.

То есть, для активно развивающегося программного продукта регистрация может перестать иметь ценность как доказательство наличия прав. И это, даже не затрагивая проблему версий программного обеспечения, когда более новые ревизии по сути являются производными от предыдущих, является дополнительным препятствием на пути к эффективной защите своих прав.

Добавляет фрустрации и содержание п. 6 ст. 1262 ГК РФ, в котором указано:

«Сведения, внесенные в Реестр программ для ЭВМ или в Реестр баз данных, считаются достоверными, поскольку не доказано иное. Ответственность за достоверность предоставленных для государственной регистрации сведений несет заявитель».

Иными словами: достоверность сведений при государственной регистрации программы не проверяется.

Для понимания масштабов бедствия можно вспомнить известный пример: юрист А. Серго зарегистрировал программу для ЭВМ с названием «Windows Vista», о чём получил соответствующее свидетельство № 2006613993 от 21 ноября 2006. Понятно, что это «не та» Vista от Microsoft, а просто программа с произвольным содержанием, которую правообладатель таким образом назвал и подал заявку. Тем не менее, эта акция — не просто привлечение внимания, но и наглядная иллюстрация того, насколько легко получить свидетельство о регистрации программы.

Следовательно, само по себе свидетельство о регистрации программы для ЭВМ не является неоспоримым доказательством наличия права. Чем популярнее программа и чем активнее она развивается, тем менее ценным доказательством становится такое свидетельство.

Мнения юристов

В юридической литературе и научных статьях юристы, в целом, придерживаются одного мнения.

Так, в Комментарии к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации под ред. В.В.Погуляева указано:

«Государственная регистрация носит добровольный характер, в связи с чем стороны вправе избрать любой не являющийся государственной регистрацией способ, направленный на подтверждение создания программы для ЭВМ или базы данных. Посредством государственной регистрации программ для ЭВМ регистрируется не само произведение, а дата его предъявления и сведения о лице, представившем это произведение».

Что полностью соответствует тем выводам, которые были изложены выше.

При этом, по мнению д.ю.н. (доктора юридических наук) О. А. Рузаковой[1],

«Однако, безусловно, эффективным доказательством возникновения прав на программы для ЭВМ является государственная регистрация в Роспатенте».

Но согласиться с этим тезисом сложно.

Не совсем очевидно: в чём именно эффективность доказательства возникновения прав, если регистрация подтверждает не факт возникновения права, а факт обращения конкретного лица с депонируемым материалом на определённую дату с заявлением о регистрации? Кроме того, государственная регистрация программы для ЭВМ в силу п. 1 ст. 1262 ГК РФ, возможна в течение срока действия исключительного авторского права, то есть, спустя многие десятилетия с момента её создания и, соответственно, существенно после возникновения прав.

Более умеренной позиции придерживается доцент Кондратьева Е.А.[2]:

«Данная возможность может выступать дополнительной гарантией для правообладателя в случае возникновения споров и посягательств, упрощая процесс доказывания (подтверждения) принадлежности исключительного права на произведение – программу для ЭВМ».

В учебнике "Право интеллектуальной собственности" под ред. И.А, Близнеца (д.ю.н., профессор, академик РАЕН) недвусмысленно указывается:

«При регистрации заявки осуществляется только формальная проверка наличия необходимых документов и материалов, их соответствие установленным требованиям».

В совместной статье Л. А. Новоселовой (д.ю.н., председатель СИП на момент написания статьи) и О. А. Рузаковой[3] также присутствует гораздо более нейтральный по сравнению с вышеуказанным тезис:

«Регистрация программы для ЭВМ или базы данных, получение свидетельства о регистрации играет роль доказательства о наличии указанных объектов в день подачи заявки в отношении лица, обратившегося с заявлением о регистрации».

Таким образом, в целом наблюдается консолидированное мнение о том, что регистрация программы для ЭВМ — просто ещё одно доказательство, с помощью которого можно доказывать наличие прав, а не «серебряная пуля» и «царица доказательств» в одном флаконе.

Разъяснения ВС РФ

Разъяснения ВС РФ в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утверждён Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015) относительно регистрации программ для ЭВМ достаточно скупы и по сути повторяют изложенное в ст. 1262 ГК РФ.

В частности, в п. 57 Обзора указано:

«Ссылки истца на то, что свидетельство о государственной регистрации права истца на программу для ЭВМ является единственным законным доказательством принадлежности исключительного права истцу, судами не были приняты, поскольку в силу п. 1 ст. 1262 ГК РФ регистрация права на программу для ЭВМ или на базу данных носит заявительный характер. При этом сведения, внесенные в Реестр программ для ЭВМ или в Реестр баз данных, считаются достоверными, поскольку не доказано иное. Ответственность за достоверность предоставленных для государственной регистрации сведений несет заявитель».

А в п. 109 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 23.04.2019 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" отмечается:

«При рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи1262 ГК РФ)».

То есть, государственная регистрация программы с точки зрения ВС РФ, условно (потому что ни одно из доказательств не имеет для суда заранее установленной силы) эквивалентна по ценности указанию авторства на экземпляре произведения и также оспорима.
При этом программы для ЭВМ практически всегда сопровождаются указанием авторов или иных правообладателей как в графическом пользовательском интерфейсе (GUI) в разделе «О программе» или его аналоге, так и в виде текстовых файлов в директории с файлами установленного ПО. К тому же дополнительные затраты на обеспечение такого доказательства нести не нужно, в том числе, при обновлении программы.

Судебная практика

Дело А40-2686/2012

В рассмотриваемом деле А40-2686/2012 истец ЗАО "АРБАЙТ МЦ" предъявил иск к ОАО "Научно-исследовательский институт Стали" в связи с тем, что ответчик незаконно зарегистрировал базы данных обучающей программы по эксплуатации и войсковому ремонту танка Т-90С, в составе которых находились принадлежащие истцу фрагменты, согласие на использование которых истец не предоставлял.
При этом, у ответчика свидетельства о регистрации баз данных были, а истец свидетельством о регистрации прав на программу для ЭВМ не обладал, что ему нисколько не помешало.
Суд первой инстанции пришёл к выводу, что такая регистрация — сама по себе является нарушением исключительных прав истца на программу, указанное решение осталось без изменения.

Суд по интеллектуальным правам в постановлении от 16.12.2015 указал:

«… суды пришли к правомерному выводу о том, что ответчик нарушил исключительное право истца, зарегистрировав фрагменты вышеуказанного программного обеспечения, а именно: содержащиеся в нем иллюстративные и текстовые материалы, в составе баз данных «База данных текстовых файлов компьютерной обучающей программы по эксплуатации и войсковому ремонту танка Т-90С» (свидетельство Роспатента № 2009620168 от 08.04.2009) и «База данных анимационных и иллюстрированных материалов компьютерной обучающей программы по эксплуатации и войсковому ремонту танка Т-90С» (свидетельство Роспатента № 2009620169 от 08.04.2009) на свое имя, в то время как в соответствии с пунктом 1 статьи 1262 ГК РФ право зарегистрировать программу или базу данных в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности принадлежит только правообладателю».

Также эта позиция является хорошим напоминанием, что государственная регистрация программы для ЭВМ или базы данных не является правоустанавливающей, не «очищает» права автоматически, а потому не избавляет от необходимости получать согласие от авторов или иных правообладателей результатов интеллектуальной деятельности, использованных в составе программы или базы данных, и корректно оформлять договорные отношения.

Дело А56-21040/2015

Данное дело примечательно исследованием депонированного исходного кода программы ответчика и сравнением с исходным кодом, предоставленным истцом.

Из определения 13 Арбитражного апелляционного суда:

«По запросу суда из ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности» поступила копия заявки Ответчика на государственную регистрацию программы для ЭВМ «Dataflow EDC», а также исходный текст программы для ЭВМ.
(...)
01.04.2016 в апелляционный суд поступило заключение ООО «Центр судебных экспертиз Северо-Западного округа» No 76/41-Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.03.2016, в соответствии с которым:
1) вероятность того, что программные продукты «MATRIX EDC» и «DATA Flow EDC» созданы независимо друг от друга, а все совпадения случайны, исчезающее мала. Исходный текст программы для ЭВМ «DATA Flow EDC» наиболее вероятно является производным (созданным на основе) исходного текста программы для ЭВМ «MATRIX EDC», то есть заимствованным в большей своей части;
(...)
в программе для ЭВМ «MATRIX EDC» воспроизведено как минимум 88% кода, содержащегося в программе для ЭВМ по свидетельству о государственной регистрации программы для ЭВМ No 2014662101».

Исходя из доказанного обстоятельства о том, что программа ответчика является переработанной программой истца, 13 ААС пришёл к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

Суд по интеллектуальным правам оставил постановление 13 ААС в силе, указав:

«отсутствие регистрации программы для ЭВМ «MATRIX EDC» не означает, что исключительные права истца и предыдущих правообладателей на программу для ЭВМ «ОСТ CDМS» не возникли. Кроме того, из представленного в материалы дела уведомления о выпуске новой версии приложения (т. 2, л. д. 132) следует, что программа для ЭВМ «MATRIX EDC» была создана на основе программы для ЭВМ «ОСТ CDМS». Исходя из чего следует вывод, что программа для ЭВМ «MATRIX EDC» является модификацией программы для ЭВМ «ОСТ CDМS».

В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ было отказано.

Дело А40-248072/2016

В рассматренном споре Истец «SAFE ‘N’ SEC CORPORATION» обратился с иском к ООО «СНС Холдинг» в связи с предполагаемым нарушением исключительных прав на программное обеспечение. Наличие прав истец подтверждал свидетельством о государственной регистрации, а вот использование депонированного кода доказать, очевидно не удалось.

Арбитражный суд города Москвы, отказывая в удовлетворении требований, указал следующее:

«С учетом того, что допустимых и достаточных доказательств фактического использования ответчиками спорной программы для ЭВМ в той объективной форме, которая охраняется в соответствии со свидетельством о государственной регистрации программы для ЭВМ No 2016660308 от 13.09.2016 г., истцом в материалы данного дела не представлено, судом не усматривается оснований для удовлетворения заявленных требований».

Суд апелляционной инстанции также оставил решение без изменения, сославшись, в том числе на то, что:

«… истец не представил каких-либо доказательств использования ответчиками программного продукта в той форме, в какой указанная программа была зарегистрирована на имя истца, в том числе, путем ее изменения или переработки и предложения третьим лицам».

Суд по интеллектуальным правам поддержал выводы нижестоящих судов, отразив в своём постановлении:

«Вместе с тем сам по себе факт государственной регистрации программы с соответствующим названием на имя истца не освобождает его от бремени доказывания ряда обстоятельств, имеющих существенное значение для данного дела. Так, в данном случае к таким обстоятельствам относятся: наличие конкретной объективной формы представления спорной программы для ЭВМ как объекта авторского права; факты использования спорной программы ответчиками способами, указанными в исковом заявлении; факты тождества программных продуктов; момент возникновения исключительного права на спорную программу для ЭВМ; момент возникновения спорных правоотношений».

Соответственно, даже в части подтверждения наличия прав на спорную программу, одного лишь свидетельства недостаточно, требуется ещё и "наличие конкретной объективной формы представления".

Выводы

Государственная регистрация программы для ЭВМ — исключительно необязательная, в высшей степени добровольная, бескомпромиссно факультативная процедура.

Указанная регистрация не является правоустанавливающей и носит заявительный характер. Достоверность сведений при государственной регистрации программы не проверяется, а сама проверка заявок имеет сугубо формальный характер.

В лучшем случае свидетельство о регистрации программы для ЭВМ будет выполнять функцию «ещё одного доказательства» (среди многих) на уровне оспоримой презумпции авторства лица, указанного в качестве автора на экземпляре произведения.

В худшем случае регистрация неправомерно использованной программы (а также других произведений в её составе) будет являться нарушением исключительных прав сама по себе. Однако даже в этом случае свидетельство может повлиять на декорирование «стены гордости» в офисе и добавит очков уверенности.

При этом, если программа не развивается или изменяется незначительно, то регистрация и депонирование исходного кода может дать некоторые преимущества как при защите спора в суде — всегда лучше иметь больше доказательств, так и при досудебном урегулировании за счёт убедительности и солидности свидетельства в глазах нарушителя-обывателя.


  1. Рузакова О.А., Государственная политика в области охраны прав на программы для ЭВМ, Интеллектуальная собственность, №6, 2009
  2. Кондратьева Е.А., Программа для ЭВМ как особый объект авторских прав, Вестник Нижегородского университета Н.И. Лобачевского, № 1, 2015
  3. Новоселова Л. А., Рузакова О. А., Значение и функции регистрации авторских прав в Российской Федерации и за рубежом, Вестник Пермского университета. Юридические науки. № 37, 2017
Опубликовано